Президент потребовал ускорить темпы уборки хлопка; что это значит для населения? 

Марыйский велаят, 2017 г.

«Альтернативные новости Туркменистана» продолжают вести мониторинг использования принудительного труда на хлопковых полях Туркменистана в 2017 году. Сегодня очередной отчет о продолжающемся хлопкорабстве в стране, в частности, в Марыйском и Лебапском велаятах.

По телевизору – поручение, в реальности – втык

25 сентября президент провел совещание с руководителями областей по поводу темпов проведения сева озимой пшеницы и уборки хлопка. Некоторые видеосюжеты с этого совещания вечером того же дня были показаны в записи по каналам национального телевидения. Источники АНТ, близкие к туркменскому телевидению и правительству, независимо друг от друга, сообщили подробности этого совещания.

«Телезрители увидели лишь то, как президент деловито слушает отчет хякимов, спокойно дает им указания по ускорению темпов хлопкоуборочной страды и завершению ее в установленные сроки. Закадровый голос диктора также говорит, что глава государства подчеркнул необходимость постоянного внимания к условиям, создаваемым для дехкан, контроля над эффективным использованием техники и своевременными расчётами за сданный урожай. Однако население страны не услышало того, как Бердымухамедов срывался на крик и буквально метал громы и молнии, распекая хякимов за то, что они не умеют руководить регионами, не способны мобилизовать резервы на уборку хлопка и быть жесткими в своих требованиях к подчиненным. И такой разнос при отключенных телекамерах в президентском дворце происходит весьма часто», — рассказал работник ТВ.

«Каждому хякиму прямо было сказано: если хотите остаться в своих креслах, то к 27 октября, то есть до начала празднования Дня независимости, план по хлопку должен быть выполнен», — сообщил источник в хякимлике одного из велаятов.

Марыйский велаят, 2017 г.

Главы администраций в тот же день проделали то же самое с руководителями районов, а те, в свою очередь, собрали у себя руководителей местных предприятий и учреждений и, как сообщили из Куняургенча, «до глубокой ночи распекали подчиненных, требуя отправить на хлопок всех, кого только можно, и увеличить дневной сбор». Кстати говоря, Куняургенчский район вместе с Рухубелентским был назвал президентом среди отстающих в Дашогузском велаяте.

Такие же отстающие районы названы и по другим хлопкосеющим регионам – это «Ак бугдай» и Каахкинский в Ахалском, Атамырат, Саятский и Бирата в Лебапском, Байрамалийский, Марыйский и Огузханский в Марыйском велаятах. Наблюдатели полагают, что именно в эти районы после полученного нагоняя от президента будут направлены работники государственных бюджетных учреждений и хозрасчетных организаций, предпринимательских структур, принуждаемые к участию в уборке хлопка.

Так оно и случилось. Уже 27 сентября, то есть спустя два дня после совещания, в Лебапском, Марыйском и Дашогузском велаятах возникли серьезные сбои в работе общественного транспорта, люди не могли добраться из села в райцентр, а оттуда в областной центр, потому что все автобусы районных филиалов пассажирского автопарка задействованы на перевозке сборщиков хлопка из городов.

«Теперь, чтобы добраться на работу в Туркменабад, приходится на час раньше выходить из дому и на 2 маната платить больше, чем раньше», — посетовала молодая женщина из Сакара, работающая медсестрой в одной из больниц Туркменабада.

Но не только общественный транспорт парализовала хлопковая кампания. Работников практически всех отраслей, не имеющих никакого отношения к сельскому хозяйству в целом и к хлопководству, в частности, принуждают чаще выходить на работу на хлопковом поле. Если до конца сентября учителя ездили на хлопок три раза в неделю, то после втыка от президента региональное управление образования обязало педагогов выезжать на поля пять раз в неделю. Технический персонал — сторожа, уборщицы, ездят с ночевкой на 10-15 дней.

Наблюдатели говорят, в нынешнем сезоне особенно ощущается нехватка наемных работников среди горожан, а вот в этрапах желающих заработать вместо сборщиков из городских образовательных и учреждений здравоохранения хоть отбавляй. Если ставится выбор: плати наемнику или езжай на хлопок сам, учителя и врачи предпочитают заплатить деньги, но остаться в городе и выйти на свое рабочее место. Стоимость наемной силы 10 манатов в день.

Лебапский велаят, 2017 г.

Новшество этого года – устройство сельских наемников на ночевку в…городских школах. Директора предоставляют пустующие помещения, имеющиеся в каждой школе. Рабсила из сельской местности (в большинстве своем это женщины среднего возраста) устраивается здесь до утра на привозимых из дома матрасах-корпече. Наемницы также имеют при себе электрочайники или кипятильники, чтобы перекусить на ночь и позавтракать утром, и коротают ночь в школе. Каждое утро они выезжают вместо учителей в район, к которому приписана данная школа, а вечером вновь возвращаются в школу. Размещаются по 6-8 женщин. Мужчин кладут отдельно либо там же, но в противоположной части, подальше от женщин.

В месяц каждый педагог отдает руководству школы 200-220 манатов (около 30 долларов) на наем рабочего. Есть среди учителей и такие, кто принципиально не платит и на хлопок не ездит. Они знают закон и свои права, но за свою принципиальность платят собственными учебными часами.

«Сейчас как раз пора распределения учебных часов. Директора отыгрываются на тех, кто не выполняет «хлопковые обязательства». В нашей школе, например, сократили часы учителя русского языка со стажем более 20 лет и отдали их молодому выпускнику кафедры арабской филологии, а все потому, что учитель-русист отказался ездить на хлопок или платить наемнику. Твой опыт, твой стаж, популярность среди родителей, которые хотят, чтобы их дети учились именно у этого педагога – никого это сегодня в Туркменистане не волнует. Покорность, исполнение всех прихотей начальства и деньги – вот, что способствует продвижению карьеры», — сообщил наблюдателю АНТ учитель одной из школ Туркменабада.

«На хлопке рискуешь на каждом шагу»

Несмотря на слова президента про «необходимость постоянного внимания к условиям, создаваемым дехканам», на местах людей заставляют работать в тяжелой, а нередко опасной для жизни обстановке. Вот что сказал наблюдателю АНТ наемник в Марыйском велаяте:

«Сытый голодного не разумеет. Мы живем на полях и работаем в экстремальных обстоятельствах. Всюду поджидает опасность, на хлопке ты рискуешь на каждом шагу. Например, от места дислокации до хлопкового поля нас доставляли на тракторных тележках, не предназначенных для перевозки людей. Кто-то возмутился, сказав, что  это опасно для жизни, может случиться трагедия, люди погибнут. На что представитель дехканского хозяйства грубо заметил: «Кто ты такой?! Может тебе под задницу персональную машину подкатить сюда?! На тележке, видите ли, жестко ему, опасно…». Сельский чиновник всем дал понять, что мы здесь бесправные, что  приехали не на курорт, а на хлопок. И люди толпой двинулись в сторону тракторной тележки, возле которой с ухмылкой на лице стоял тракторист».

Их группу из 20 человек повезли с ночевкой в отдаленное село Джожуклы в этрапе Алтын сахра. Женщины и мужчины вместе жили в заброшенных бараках со всеми удобствами на улице. Днем им устраивали обед – жидкую пресную похлебку без мяса с картошкой, давали хлеб. Об ужине сборщики хлопка должны были позаботиться сами.

Лебапский велаят, 2017 г.

Женщина рассказала нашему наблюдателю и о том, как им приходилось оберегать хлеб и другие привезенные с собой продукты от нашествия мышей.

«Пакеты с продуктами надо подвешивать так, чтобы мыши не достали. Иногда среди ночи можно услышать чей-то громкий визг – это когда мышка к кому-то из женщин под одеяло забиралась», — сказала она.

Мыши, комары, тараканы, пауки, змеи, дикие животные, одичавшие домашние собаки – вся эта живность представляет опасность для привезенных из городов сборщиков хлопка. Поскольку заботы со стороны местных властей нет, то каждый, кто принужден собирать хлопок, должен сам заботиться о собственной безопасности – использовать марлевые пологи против комаров, иметь запас необходимых медикаментов на случай отравления плохой водой, испорченными продуктами.

Вечерами люди скидывались по 3-5 манатов и варили еду на всех – макаронный суп, просто отварные макароны по-флотски, бульон с хлебом. Мужчины часто покупали в сельских магазинах или с рук алкоголь.

Опаснее всего работать и меньше всего условий в удаленных на десятки километров от областного и этрапского центров дехканских объединениях. Именно в эти места и отправляется на сбор хлопка основная масса работников бюджетной сферы из городов и поселков. В Лебапском велаяте это хозяйства этрапа «Довлетли» на целинном массиве Йылгынагыз, в Дашогузском – этрап «Рухубелент», открытый девять лет назад на целинном Шасенемском массиве.

«Шасенем – это место, про которое говорят «у черта на рогах». Сюда нет желающих ехать, чтобы собирать хлопок и жить в ужасных условиях. Но нас никто и не спрашивает. Начальник городской телефонной станции (ГТС) так и сказал на собрании: мне не нужна ваша работа в городе, мне нужно, чтобы вы хлопок собирали в поле. Не желаете ехать в Шасенем, можете не выходить на работу, считайте себя уволенными. Все линейные монтеры, за исключением лиц, приближенных к родне начальника, поехали. Оставшиеся работники обеспечивают нормальную работу телефонов  хякимлика и других госструктур. А что делать? Другой работы нет, а если и найдешь, то и там осенью всех погонят на хлопок», — сказал наблюдателю АНТ в Дашогузском велаяте монтер ГТС.

Городские автобусы приехали за сборщиками

По его словам, в сентябре было жарко, и он, как и другие такие же подневольные сборщики хлопка, испытывал проблемы с питьевой водой.

«Мы там действительно были, как рабы. Никто не позаботился об обеспечении людей питьевой водой. Поэтому люди брали стоячую воду из оросителя, солоноватую и жесткую воду из каких-то колодцев. Кто-то кипятил ее в кумгане на костре, а кто-то так пил, а потом жаловался на боли в животе, на рвоту и озноб».

Дашогузский связист сказал, что после того, как президент отругал хякимов за низкие темпы хлопкоуборочной, число работников велаятского предприятия электросвязи «Дашогузтелеком», в принудительном порядке отправленных на хлопок, увеличилось в два раза. Хлопок теперь собирают и телефонистки, и телеграфистки, и офисные работницы из бухгалтерии, отдела кадров, юрисконсульт и т.д.

Техника имеется, но она простаивает

На видеоселекторном совещании, обращаясь к хякимам Ахалского, Дашогузкого, Марыйского и Лебапского велаятов, президент также отметил, что в уборочной кампании неэффективно задействована мощная техника, сообщило телевидение 25 сентября.

31 августа информационное интернет-издание «Turkmenportal» сообщило, что в сезоне 2017 года на уборке хлопка в целом по Туркменистану будет «задействовано 948 хлопкоуборочных комбайнов, то есть в 2,2 раза больше, чем в прошлом году». Из открытых источников также известно, что в период правления Ниязова Туркменистан закупил хлопкоуборочной техники на сумму свыше 750 млн. долларов, еще миллиард потрачен на эти же цели при Бердымухамедове.

Техники более чем достаточно. Убедиться в этом можно, заглянув во двор районных структур ныне упраздненного государственного объединения «Туркменобахызмат», где аккуратно выстроены в ряд хлопкоуборочные комбайны американского производства «Джон Дир», «Кейс», а также аналогичные машины, правда, в меньших количествах, узбекского производства. Но парадокс в том, что эта техника стоит в то время, когда власти в принудительном порядке заставляют тысячи людей собирать хлопок вручную.

«Эти машины этой осенью всего один раз выводились на краешек поля, и это было в тот день, когда состоялась торжественная церемония официального старта уборочной кампании. После телевизионной съемки и по окончании торжества все комбайны снова вернули в этот двор», — сказал наблюдателю в Ахалском велаяте механик-водитель из этрапа Бахарлы.

Специалист Минсельводхоза сказал, что никогда за все 23 года его работы на различных должностях в сфере технического обеспечения потребностей сельского хозяйства не было такого, чтобы все имеющиеся на балансе хлопкоуборочные комбайны выводились на поля. По его словам, лишь в одном, максимум в двух, дехканских объединениях в каждом велаяте хлопкоуборочные машины эксплуатируются процентов на 65-70. Во всех других хозяйствах преобладает ручной труд.

«Представьте сами, что все 948 комбайнов вышли в поле. Тогда бы весь запланированный в нашей стране хлопок в объеме 1 млн. 50 тыс. тонн, был бы собран с помощью техники. Даже самим арендаторам нечего было бы делать в поле, не говоря уже о привлекаемых к уборке горожанах», — сказал он и уже дальше с карандашом в руках стал аргументировать свою мысль. По его подсчетам, один комбайн «Джон Дир», естественно, при выполнении всех агротехнических рекомендаций по уходу за посевами хлопчатника, при грамотной организации труда механизаторов и эксплуатации машин, способен заменить 300 сборщиков. И что получается? А вот что: 948 комбайнов, якобы задействованных в сезоне-2017, могли бы заменить 284400 сборщиков – это больше, чем арендаторов-хлопкоробов, которых насчитывается чуть больше 265000 человек.

Бытует мнение, что ручной сбор предпочтительнее машинного, а хлопок, собранный человеческими руками, гораздо лучшего качества, чем тот, который был собран комбайнами. Но тогда возникает вопрос: для чего были закуплены все эти машины и покупаются по сей день? Зачем тратились и тратятся огромные деньги на покупку техники, которая ржавеет под солнцем и дождем? Ведь, как утверждают специалисты, достаточно иметь ровные поля, свободные от сорняков, а в течение сезона обеспечивать полноценный уход за посевами, соблюсти все правила огротехники, вовремя и качественно удалить листву, подготовив коробочки к сбору, и комбайны соберут урожай не хуже людей, так же качественно, без потерь, а главное намного быстрее…

ОБСУДИТЬ (0)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.